Ограничительные меры в отношении советника премьер-министра: юридический анализ

Комментарий адвоката Максима Ракова, партнера ENR Law, в прошлом — юридического советника Совета по национальной безопасности Израиля

Насколько значимо решение окружного суда о возобновлении ограничительных мер в отношении Йонатана Уриха после их снятия?

Решение имеет существенное практическое значение. На сегодняшний день Урих лишен возможности общаться с премьер-министром и посещать его офис. Отдельный вопрос — насколько он вообще может появляться в канцелярии премьер-министра, учитывая, что сам факт ведения полицейского расследования должен был повлиять на его допуск и статус.

Следует отметить, что, по имеющейся информации, у Уриха нет офиса непосредственно в канцелярии премьер-министра — он работает в здании Мецудат Зеев, принадлежащем партии Ликуд. Однако для общения с премьер-министром ему необходимо было посещать канцелярию, что теперь запрещено судебным решением.

В чем юридическая основа данных ограничений?

Судебный запрет обусловлен ведением полицейского расследования. Обвинительное заключение пока не предъявлено. Закон позволяет в рамках освобождения под залог налагать ограничения сроком до 180 дней с возможностью продления еще на 180 дней, при условии что ходатайство о продлении подано до истечения первоначального срока.

Именно это произошло по делу, связанному с утечкой документов в газету Bild: первоначальный 180-дневный срок по делу Катаргейт истек, а ходатайство о продлении полиция подала лишь за несколько часов до окончания срока. Суд указал, что не может рассматривать такие вопросы в экстренном порядке — материалы должны быть направлены стороне защиты для подготовки позиции. В результате суд констатировал отсутствие полномочий для продления ввиду пропуска процессуального срока.

Однако по второму делу — об утечке документов из резиденции премьер-министра — первоначальный 180-дневный срок еще не истек, что позволило суду продлить ограничения. С практической точки зрения для Уриха безразлично, по какому именно делу действуют ограничения: он по-прежнему лишен возможности общаться с Нетаниягу и посещать определенные места.

Какие сценарии развития событий возможны — ужесточение мер, предъявление обвинений, закрытие дела?

Полиция заявила о намерении в течение двух месяцев подать обвинительное заключение. При его подаче правовой режим существенно изменится. На сегодняшний день Урих — подозреваемый, а не обвиняемый. Действует презумпция невиновности, и суд принимает решения исходя из этого статуса.

Полиция обязана обосновывать необходимость каждого ограничения: доказывать, что общение подозреваемого с определенными лицами может воспрепятствовать расследованию, что он способен повлиять на доказательства, либо что тяжесть предполагаемых нарушений делает недопустимым его присутствие в определенных местах.

После предъявления обвинительного заключения ситуация изменится принципиально. Обвиняемый по-прежнему считается невиновным до приговора, однако его процессуальный статус уже иной, и полномочия суда по установлению ограничений существенно расширяются.

Как вы оцениваете действия полиции в данном деле?

Произошедшее — процессуальный просчет со стороны полиции. Если следствие полагало, что ограничения необходимы для продолжения расследования, ходатайство о продлении следовало подать заблаговременно, а не в последние часы до истечения срока. Из этой ситуации не следует делать далеко идущих выводов — это техническая ошибка, которая, тем не менее, имела значимые процессуальные последствия.