Назначение главы Моссада: рассмотрение апелляции в БАГАЦ

В начале недели Высший суд справедливости (БАГАЦ) рассматривает апелляцию против назначения Романа Гофмана на пост главы Моссада. Накануне премьер-министр Биньямин Нетаниягу впервые публично высказался по этому поводу, подчеркнув, что назначение главы Моссада и главы Шабака относится к исключительным полномочиям главы правительства. О юридической стороне вопроса и перспективах рассмотрения апелляции рассказывает адвокат Максим Раков, партнер и глава международного отдела фирмы ENR Law (Эльберт Назаретский Раков и Ко.), в прошлом юридический советник Совета национальной безопасности и заместитель юридического советника канцелярии премьер-министра Израиля.

Готовы поспорить с премьер-министром? Он утверждает, что полномочия по назначению главы Моссада и главы Шабака принадлежат именно ему, а не БАГАЦу, не прессе и никому другому.

В принципе он прав. Премьер-министр назначает, это его решение, он определяет, кто, с его точки зрения, подходит больше всего. Единственное ограничение касается законности самого назначения. Здесь существует несколько элементов. Прежде всего, действует так называемая комиссия Груниса, которая проверяет, является ли кандидат «чистым»: речь идет не о том, насколько он подходит, насколько он лучший или квалифицированный, а исключительно о том, нет ли у него уголовного прошлого или иных действий, ставящих под сомнение чистоту его репутации.

Комиссия Груниса утвердила кандидатуру, хотя сам Ашер Грунис голосовал против.

Да, и в этом основная проблема с точки зрения тех, кто подал петицию в БАГАЦ. Комиссия утвердила. Если бы комиссия не утвердила, а премьер-министр все равно произвел назначение, это было бы основанием для вмешательства суда. Однако комиссия утвердила. По закону она принимает решение большинством голосов. Можно было бы говорить о проблемах с самим составом комиссии: например, профессор Талия Эйнхорн, член комиссии, является матерью Срулика Эйнхорна, советника премьер-министра, что создает конфликт интересов. Однако оспаривать это следовало в момент ее назначения в комиссию, а не по конкретному делу. Сейчас утверждать, что комиссия приняла незаконное решение, оснований нет: судья Грунис был против, остальные члены комиссии были за, и премьер-министр действовал на основании рекомендации комиссии.

В чем заключается претензия к Гофману как к кандидату на пост главы Моссада?

Основная претензия в том, что у него отсутствует опыт работы в разведывательной сфере. Это действительно так, однако подобные прецеденты были. БАГАЦ не является инстанцией, которая принимает решение о том, кто подходит на ту или иную должность.

Почему же тогда БАГАЦ принимает к рассмотрению подобные апелляции, а не констатирует, что все сделано по закону, и отказывается вмешиваться?

Суд проверяет, было ли решение принято в соответствии с законом. В апелляции приводятся доводы, касающиеся опыта Гофмана, истории с Ури Эльмакайсом и так далее. История с Эльмакайсом используется как пример того, что назначение незаконно. Теоретически БАГАЦ может прийти к выводу, что решение комиссии незаконно, поскольку действия кандидата были настолько вопиющими, что подобное решение принимать было нельзя.

То есть апелляция направлена не против решения премьер-министра, а против решения комиссии Груниса?

Апелляция направлена против решения премьер-министра. Формальной апелляции против решения комиссии Груниса здесь нет, поскольку ее следовало бы подавать в момент принятия комиссией соответствующего решения. Что касается Ури Эльмакайса, это очень странная и неприятная история. Фактические вопросы остаются открытыми: знал ли Гофман об Эльмакайсе, знал ли он о его аресте. Существуют разные мнения. БАГАЦ не выносит решения по фактической стороне вопроса. Известно одно: будучи командиром дивизии, Гофман дал разрешение на осуществление неавторизованных в принципе действий по влиянию на общественное мнение в арабских странах, что не входило в его компетенцию. Премьер-министр должен принять решение, насколько это дисквалифицирует кандидата. Это решает премьер-министр. Он имеет право принять и неправильное решение. Суд не является апелляционной инстанцией по отношению к решениям главы правительства, он определяет лишь их законность или незаконность.

Из ваших слов следует, что шансы на удовлетворение апелляции невысоки.

С моей точки зрения, невысоки. Если суд вмешается в это дело, я считаю, что он превысит границы своих полномочий. Мы наблюдаем опасную эрозию в практике суда в ряде ситуаций, когда он мог бы не вмешиваться. Это дает основания противникам суда утверждать, что он незаконно расширяет границы своих полномочий. Я полагаю, что в данной ситуации суд не вмешается. Премьер-министр в скором времени пойдет на выборы, и избиратели примут решение, насколько хорошо он выполняет свои обязанности. Назначение главы Моссада и главы Шабака является прерогативой главы правительства.

Если до вынесения решения БАГАЦа премьер-министр объявит о досрочных выборах, может ли это застопорить процесс до формирования следующего правительства?

Теоретически такое возможно, однако решение уже принято. Запрет на назначение высших государственных функционеров незадолго до выборов в данном случае распространяться не должен, поскольку решение уже принято, а сейчас речь идет об апелляции против этого решения. Сказать суду, что предстоят выборы и следует подождать, пока следующий премьер-министр назначит следующего главу Моссада, нельзя. Я не думаю, что это должно повлиять на ход рассмотрения дела.

На фото: Ури Эльмакайс и Роман Гофман