Призыв ультраортодоксов и неуважение к суду: что решает БАГАЦ?

Верховный суд Израиля рассмотрел иск о привлечении правительства к ответственности за неисполнение решений по призыву ультраортодоксальных граждан на военную службу. Параллельно суд решал вопрос о переносе заседаний по уголовному делу премьер-министра на фоне продолжающихся военных действий. О юридических аспектах обоих вопросов рассказывает наш партнер, адвокат Максим Раков, бывший юридический советник Совета национальной безопасности Израиля.

В: Что происходило сегодня в Верховном суде и почему адвокат истцов Элад Шрага, глава Движения за качество власти, был настолько возмущен?

О: То, что адвокат Шрага иногда эпатажно ведет себя в суде — не новость. В течение десятков лет, представляя подобные иски в Верховном суде, он иногда позволяет себе резкие высказывания. Это часть процесса. В данной ситуации его возмущение было вызвано комментариями представителя прокуратуры о деятельности государства по исполнению предыдущих судебных решений о призыве ультрарелигиозных. Прокуратура заявила: мы стараемся, но у нас не получается. Шрага ответил, что это неправда. И он во многом прав — правительство действительно не делает того, что может.

В: Секретарь правительства Йосси Фукс заявил в суде, что правительство не намерено продвигать законопроект о призыве ортодоксов до окончания операции против Ирана. Какая здесь связь?

О: Правительство всегда находит новую причину не соблюдать решения суда. Что касается связи с Ираном — Фукс заявил весьма оригинально: по требованию армии, в частности начальника генштаба, правительство будет продвигать тот самый знаменитый закон, который фактически освобождает религиозных от призыва. При этом армия уже опровергла это — начальник генштаба не говорил, что поддерживает конкретный закон. Он сказал лишь, что необходим закон, который позволит увеличить количество призывников.

В: Суд может принять такое объяснение?

О: Не думаю. Позиция суда ясна: пока нового закона нет, необходимо выполнять действующий. А действующий закон требует призывать ультрарелигиозных на основе принципа равенства перед законом. Новый же законопроект, напротив, стремится их освободить от призыва.

В: Судейская коллегия по этому иску включает трех из пяти консервативных судей — Ноам Солберг, Давид Минц и Яэль Вильнер. Их вердикт будет воспринят коалицией как объективный?

О: Мы снова услышим разговоры про «левый заговор». Никакой состав Верховного суда в этом вопросе не будет воспринят правительством как обязывающий — это политический момент. Сейчас на носу выборы, и любое решение суда будет использоваться в политических целях. Тем более что закон крайне проблемный: даже если он пройдет в Кнессете, немедленно последует петиция в Верховный суд о приостановке его действия. И снова будет разбирательство с политической подоплекой.

В: Если суд признает, что правительство проявило неуважение — чем это грозит кабинету?

О: Признание неуважения к суду может повлечь решение о том, что предыдущие судебные решения не были исполнены. В этом случае возможен штраф. Но поскольку это иск против правительства, а не против конкретных чиновников или министров, штраф будет выплачен из государственного бюджета. Поэтому в данной ситуации это в основном декларативное действие: суд зафиксирует, что правительство не выполняет его решения. Это не изменит ситуацию напрямую, но это попытка истцов привлечь внимание к тому, что идет война, а правительство не увеличивает личный состав армии, хотя это необходимо.

В: Премьер-министр просил другой суд отменить заседания по его уголовным делам на две недели, но суд согласился лишь на одну. Почему?

О: Военные действия продолжаются — причем весьма интенсивные в Ливане. Начинаются переговоры с Ливаном, которые требуют участия премьер-министра. В отношении Ирана полного прекращения военных действий нет — есть перемирие на две недели, причем переговоры между Ираном и Америкой завершились безрезультатно, и ожидается возобновление войны. Суд решил дать неделю, а потом оценить развитие событий. Суд может продлить это решение — никто его не ограничивает.

В: Получается, суд теперь привязывает уголовное разбирательство к внешнеполитическим событиям?

О: Это не новое явление. Суд и раньше учитывал государственные обязанности премьер-министра: сокращал количество заседаний, освобождал от конкретных слушаний в случае государственных визитов или иных действий. По конституционному праву Израиля премьер-министр не обязан уходить в отставку при предъявлении обвинительного заключения — в отличие от обычного министра. Соответственно, он продолжает исполнять обязанности главы правительства и одновременно является обвиняемым. Это баланс, который определяет суд, рассматривающий дело.