Интервью адвоката Максима Ракова радиостанции РЭКА
В июле 2026 года Кнессет 25-го созыва завершил каденцию серией законов, вокруг которых немедленно развернулось судебное разбирательство. Высший суд справедливости издал временные постановления, приостановившие вступление в силу закона о реформе рынка телерадиовещания и закона о прекращении задержаний ультраортодоксальных уклонистов от призыва. Параллельно мэр Нью-Йорка Зохран Мамдани заявил, что изучает возможность задержания премьер-министра Израиля во время его предполагаемого визита на сессию Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре.
Обе темы в эфире радиостанции РЭКА прокомментировал наш партнер, адвокат Максим Раков, глава международного департамента ENR Law, в прошлом заместитель юридического советника канцелярии главы правительства и юридический советник Совета национальной безопасности.
Стало известно, что вступление в силу закона о реформе рынка телерадиовещания приостановлено. О чем идет речь?
Приостановлены те положения закона, которые вступают в силу с момента его публикации. Положения с отложенным вступлением в силу не заморожены, поскольку до этого момента есть время рассмотреть петиции по существу. В своем решении судья Офер Гроскопф указал, что петиции содержат серьезные доводы как в отношении процедуры принятия закона, так и в отношении отдельных предусмотренных им норм.
Означает ли это, что закон находится на пути к отмене?
Судить об этом рано, поскольку временное постановление это не решение по существу. Условием его выдачи является сочетание двух обстоятельств. С одной стороны, суд должен видеть высокие шансы того, что петиция будет принята. С другой стороны, должна существовать необходимость срочного вмешательства: если закон вступит в силу и проработает несколько месяцев, ущерб, нанесенный за это время, будет трудно исправить даже при последующей отмене закона. Именно поэтому суд приостанавливает действие нормы, а не отменяет ее.
По той же логике был приостановлен и закон о прекращении задержаний ультраортодоксальных уклонистов?
Да, тот же судья указал на высокие шансы петиции и на то, что закон вступает в силу немедленно, и приостановил его действие. Обратите внимание на существо этого закона: речь шла не об арестах, а именно об их прекращении, то есть о запрете применять принудительные меры к уклоняющимся от призыва. Приостановка означает, что сохраняется существующее положение вещей.
Почему при этом не приостановлены другие законы, принятые в тот же период?
Здесь работает различие между законами, действующими немедленно, и законами с отложенным вступлением в силу. Закон об ограничении полномочий юридического советника правительства должен вступить в силу первого января 2027 года. До этой даты остается около полугода, то есть достаточно времени, чтобы рассмотреть петиции по существу, и оснований для срочного вмешательства пока нет. Основной закон об изучении Торы относится к иной категории: в принятой редакции он не содержит оперативных положений и носит декларативный характер, поэтому приостанавливать в нем нечего. Петиция против него подана, и вопрос будет решаться по мере рассмотрения дела и в той мере, в какой это окажется необходимым.
Не свидетельствует ли происходящее о том, что суд все активнее вмешивается в законодательный процесс?
Движение здесь встречное. Суд действительно все чаще рассматривает вопрос об отмене законов, но в значительной мере такую возможность создает сам законодатель, а в известной степени даже требует ее. Часть законов принята с нарушением процедуры, а отменить закон по процедурному основанию для суда значительно проще, чем входить в политическое существо вопроса. Часть законов вступает в противоречие с другими законами, и тогда суду приходится определять, какая норма превалирует и существует ли нарушение вообще. Получается, что не только суд заходит на политическую арену, но и Кнессет заходит на юридическую.
То есть Кнессет сам втягивает суд в политику?
Существует мнение, что это одна из целей такого законодательства: вывести суд на политическую арену в ближайшие месяцы, чтобы построить кампанию на противостоянии с судебной системой. Насколько верен этот расчет, покажут выборы, назначенные на 27 октября.
Возможна ли ситуация, при которой премьер-министр Израиля, прибывший на сессию Генеральной Ассамблеи ООН, будет задержан полицией Нью-Йорка?
Такая ситуация невозможна, и, полагаю, мэр это понимает. Оснований для задержания нет сразу по нескольким причинам, каждой из которых достаточно самой по себе.
Первое: Соединенные Штаты не являются участником Римского статута Международного уголовного суда. Решения этого суда на территории США не действуют: страна не обязана их исполнять и не вправе их исполнять.
Второе: вопросы такого рода относятся в США к федеральной компетенции, а не к компетенции штата или города. У полиции Нью-Йорка нет юрисдикции в отношении деяний, совершенных за границей. Если бы такая юрисдикция вообще существовала, она принадлежала бы Федеральному бюро расследований, которое мэру Нью-Йорка не подчиняется.
Третье: действующий глава правительства пользуется в силу обычного международного права личным иммунитетом от уголовной юрисдикции иностранного государства.
Четвертое: США как государство пребывания штаб-квартиры ООН приняли на себя обязательство обеспечивать неприкосновенность глав государств и правительств, а также членов делегаций, прибывающих на мероприятия организации. Этот режим действует и в отношении делегаций тех государств, с которыми у США нет дипломатических отношений.
Пятое, соображение практическое: полиция Нью-Йорка не станет действовать вопреки закону даже при наличии указания мэра. К тому же в ходе таких визитов охрану обеспечивает Секретная служба США.
Тогда какой смысл в подобных заявлениях?
Смысл политический, а не правовой. Заявления такого рода поддерживают определенный публичный дискурс и адресованы конкретной группе сторонников. Юридической силы они не имеют.
Адвокат Максим Раков: партнер и глава международного департамента ENR Law (Эльберт Назарецкий Раков и Ко.). Допущен к адвокатской практике в Израиле и в штате Нью-Йорк. Ранее занимал должности заместителя юридического советника канцелярии главы правительства и юридического советника Совета национальной безопасности. Специализируется на международном банковском регулировании, комплаенсе и санкционном праве, трансграничных корпоративных структурах и вопросах американского права.
Данный материал носит исключительно информационный характер и не является юридической консультацией.
enr-law.com | [email protected] | +972 (9) 88 11 755
